Что вы знаете об Израиле? Там Храм Гроба Господня, Благодатный огонь, много евреев и хумус. 

Ах, ну и девушки в форме, куда же без них… Даже если ваши знания более обширные, знать об Израиле все невозможно.
Неважно, сколько раз вы ступали на Святую землю — один, пять или пятнадцать. В эти места можно приезжать каждый год в течение всей жизни и каждый раз хотеть вернуться.

.

Это рассказ человека, который грезит израильскими берегами и мечтает открыть маленькую забегаловку где-нибудь в районе Яффо или в переулках рядом с Ротшильда. По воскресеньям ходить на рынок Кармель за свежими фруктами и рассыпчатой халвой, а раз в месяц обязательно ездить в Иерусалим и стирать подошвами вековые камни Старого города, в десятый раз слушая, как Давид объединил филистимлянские народы в одно государство.
Израиль и правда хорош тем, что в границах одного маленького государства ужимается все, за что по отдельности любят другие страны. Давайте по порядку.

Соль и песок

Израильтяне ходят на пляж. Летом — особенно часто. По выходным устраивают семейные пикники — собирают корзины еды, располагаются на песке тель-авивского побережья, съедают все, собираются и уходят.



Но это летом. А понятия о лете у нас с ними разные. То, что русскому — «нормальная водичка», израильтянину — холодное море (только если израильтянин не серфер, а серфер здесь каждый второй). В конце ноября мы умудрялись вскакивать в семь утра и сломя голову бежать на пляж, в волны — единственный, как нам казалось, сигнал приближающейся ближневосточной «зимы». Простите, но привычка проводить холода в «костюме капусты» не позволяет оставить слово «зима» без кавычек.
Зато та самая «зима» никак не мешает горожанам рыбачить. Ближе к Яффскому порту тонкими штырями на каменной коже набережной торчат удочки разной длины и прочности. Скромный улов, сделанный скорее ради удовольствия, отдают местным кошкам. А кошек в Израиле как воды, хумуса и национального самосознания — очень много.


В Тель-Авиве каждый второй серфит. И тут ноябрьская погода лучший помощник — волны приличные, по их гребню не стыдно выделывать кульбиты на доске. Рядом с пляжем Banana Beach — серф-станция, на которой улыбчивые серферы уговорят тебя влезть в костюм и будут постоянно повторять: «Попробуй! Серфинг — это как секс».
Граница между городом и пляжем — променад. По нему бегают, ездят на велосипеде, гуляют. Сидят на камнях-скамейках — читают, мечтают и смотрят на закат.


Улицы желтого кирпича

Кажется, в любом городе современного Израиля обязательно должен быть еще и Старый. В Тель-Авиве тоже. Старый город, он же Яффо, он же порт. С него начинается история самого Тель-Авива — портовый город основали около 3000 лет назад. Здесь — гулять по узким улочкам, заходить в каждую художественную лавку квартала Ган ха-Писга, фотографировать, как сумасшедший, каждую причудливую дверь. На площади Кдумим выпить кофе с кардамоном.
В Яффо самый большой блошиный рынок во всем Тель-Авиве со сложным названием Шук-а-Пишпишим. По рынку тоже нужно гулять — среди товаров старая советская символика, всякая утварь разной степени древности и старинная (а иногда старая) мебель. Еще каких-то десять лет назад это место по-честному можно было назвать блошиным. Сейчас Шук-а-Пишпишим — это скорее туристическая «блоха». Местные продавцы давно научились взглядом выцеплять приезжих, но торговаться не отказываются. Здесь хорошо покупать медь и кожаные изделия. Фуд-фотографы могут оставаться жить рядом с «блохой» — реквизита хватит на две профессиональные карьеры.
Другой район — Неве-Цедек. Здесь на всю катушку оторвутся заядлые инстаграмеры и шопоголики. Магазины из разряда бутиков чередуются с кафешками, в которых, кажется, самое вкусное мороженое в мире.
Иерусалим, в отличие от Тель-Авива, создает впечатление эдакого чопорного старика. Не верьте этому. После Шаббата сразу идите на улицу Бен-Иегуда — туда спустя сутки затишья стекается половина города — пьют вино и пиво, штурмуют уличные кафе и гордо восседают на открытых верандах ресторанов (под обогревателем, разумеется, — ноябрь же).


Кстати, о Шаббате. Большинство туристов боятся оказаться в Иерусалиме в Шаббат. Мол, город вымирает, ничего не работает, делать там нечего. Кивните таким людям, пусть едут куда хотят. А сами отправляйтесь в Мусульманский квартал Старого города — местные продавцы пока не готовы менять выручку на лишний выходной и вовсю торгуют мясом, хлебом, специями и сладостями. И сувенирами, конечно же.
Если хотите по-настоящему почувствовать себя чужаком, а не зашуганным туристом, идите по редким указателям в сторону Новых ворот (New Gate). Со временем вы поймете, что браслетики и развалы с расписными тарелочками закончились. Зато вокруг много фруктов и непривычно религиозных людей.
Некогда спать
Здесь не работают вечные отговорки про будни, работу и «рано вставать». Тель-Авив не спит никогда. С наступлением темноты (в ноябре — около пяти вечера) можно отправляться в Сарону. Бывшая немецкая колония (стройные ряды домиков днем) вечером превращается в один из многочисленных центров ночной жизни. Нет, тут не снует туда-сюда подвыпившая молодежь — здесь танцуют, отдыхают на лежаках напротив пруда и заполняют компаниями очередные кафе и рестораны.

В это же время в Северному порту видно, как садится за морской горизонт солнце. Под красный цвет закатного неба можно наблюдать волны с «первых рядов» ресторанов, гулять в ближайшем парке. Здесь много магазинов, рядом клуб йоги. Летом тренеры с подопечными выходят прямо на променад и выполняют асаны вне душных стен помещения.

В 90-х, когда в Израиль волной репатриаций хлынули русские, в Тель-Авиве открылось огромное количество «наших» баров и клубов. Здесь настоящее раздолье для тех, кто не любит рефлексировать на закаты и море, а больше желает подвигаться под вечное «дыц-дыц-дыц». Под «дыц-дыц-дыц» мы понимаем электро- и транс-музыку, которую исполняют не только местные диджеи, но и артисты мирового масштаба.
@gatsbycocktailroom@gatsbycocktailroom@the.traveling.falafelИ если в Тель-Авиве «клубным» днем считается пятница, то Иерусалим просыпается субботним вечером. Закоулки той же улицы Бен-Иегуда прячут огромное количество злачных заведений. В Израиль хорошо приезжать к друзьям. Если таких нет, надо быстро знакомиться с местной молодежью, чтобы они непременно показали вам парочку секретных заведений. Одно из таких — Gatsby Cocktail Room. У бара нет вывески, а книжный шкаф в холле на поверку оказывается дверью, ведущей к улыбчивым барменам и коктейлям в золотых ананасах.

Гастрономический оргазм

Тель-Авив, 16 ноября, 15:40 «Боже, я сейчас умру от голода» — забегая в холл отеля, чтобы бросить сумку и отправиться на обед. В ответ: «Девушка, что-то вы не в той стране говорите такие слова…»

Израильтяне приезжают в Москву и искренне удивляются величине порций в наших ресторанах. Все, что пишут в путеводителях, — правда. В любом кафе, в любом ресторане, в любой уличной забегаловке одному человеку подают очень много еды. Салат можно сразу брать на троих. Как бы вы ни любили есть, в этой стране жадность подарит вам заворот кишок — съесть такое количество еды одному невозможно.
Вкусно везде. Тот самый еврей, который придумал и открыл шоколадный бар «Макс Бреннер» в России, сначала сделал это в Израиле. Один из них (кажется, самый крупный) сейчас находится рядом с районом Сароны. Всем любителям «европейского» нужно идти в «Бенедикт», где подают все виды завтраков целый день. За морскими гадами — в порт Яффо, в ресторан «Старик и море». Сразу, еще до того, как показать вам меню, на стол выставляют 27 видов закусок (да-да, и хумус тоже) и бесконечное количество свежего хлеба. После «легкого стартера» и основного блюда из «Старика» выкатываешься, как портовая бочка.
А вообще, Израиль — прекрасное место, чтобы перестать шастать по ресторанам. В Тель-Авиве можно сразу направляться на Кармель-маркет. Вход на рынок со стороны улицы Алленби. Все — смело оставайтесь там на полдня, если вас не пугают большие скопления народа. На рынке фрукты, овощи, свежий творог и много сладкого. В его же уголках спрятались уличные забегаловки с шаурмой и вкуснейшим фалафелем.

И если сначала Кармель покажется вам бесконечным, то после иерусалимского Махане Иегуда маркета становится понятно, что в Тель-Авиве рыночек маловат. В Махане Иегуда торговые лавки реже чередуются с сувенирными, зато больше мест, где можно вкусно поесть и выпить кофе, не отходя от кассы.
Из разговора с гидом об Иерусалиме:
— Тут раскопки, наверное, можно чуть ли не везде проводить.
— Конечно можно.
— А почему не проводят?
— Да потому что так можно весь город перекопать…
Глупо. Крайне глупо пытаться писать про все историческое, что есть в Израиле. И надеяться уместить хоть часть этого исторического в одном лонгриде тоже, мягко говоря, самонадеянно.

КЕЙСАРИЯ

В получасе езды от Тель-Авива, на средиземноморском побережье — самое античное, что есть во всем Израиле, — древний портовый город Кейсария. Вернее, то, что от него осталось. Сейчас место гордо именуется национальным парком. Не имея машины, добраться до античных развалин сложно, лучше делать это с гидом.
Во времена персидского правления финикийцы построили поселение со стороны одного из заливов, в месте, где было много подпочвенных вод. Места были захвачены Александром Яннаем в 103 г. до н.э. и присоединены к Хасмонейскому царству — Иудее, но спустя 40 лет отвоеваны у нее Римом. В 30-м году до н.э. Башня Стратона была подарена царю Ироду. Ирод построил здесь большой город и назвал его Кейсарией в честь своего друга и покровителя римского императора Октавиана Августа. Кейсария была спроектирована как город с системой параллельных и пересекающихся улиц, храмом, театром, амфитеатром и жилыми кварталами.
Первое, к чему проходят на территории парка, — древнейший в Израиле театр. С высоты последних рядов открывается потрясающий вид. Внизу, на сцене, вам не придется специально искать точку с идеальной акустикой — вокруг нее уже соберутся испанские туристические группы и вместе с гидом будут петь Ave Maria.




Дальше — один из дворцов Ирода, построенный на рифе. Полукруглый выступ, который теперь лижут соленые морские воды, раньше был библиотекой. Рядом с развалинами — табличка с именем прокуратора Иудеи Понтия Пилата — единственное доказательство того, что булгаковский персонаж существовал на самом деле. Напротив — огромный ипподром, построенный Иродом, чуть сбоку за ним — система древних улиц и развалины банных комнат.

ИРОДИОН

В истории этой страны многое связано с Иродом. Место, которое одним из первых приходит на ум — дворец Иродион.
Археологические раскопки ведутся здесь с 1972 года. Дворец был построен в 25-27 году до н.э. (точной даты нет), за 23 года до смерти иудейского царя. Еще на этапе строительства Ирод завещал похоронить себя здесь — после смерти царя именно Иродион стал его усыпальницей. До сих пор крепость хранит множество загадок даже для специалистов, которые годами занимаются изучением этого объекта.

После смерти царя, дворец окружили насыпью, которая оставила «на воздухе» несколько этажей замка. По ней совершенно невозможно было подняться — земля осыпалась под ногами. Сейчас археологическая экспедиция Herodium Expedition, которая работает на объекте, предполагает, что он дворец изначально строился не надолго. Ирод прекрасно понимал, что рано или поздно всему приходит конец — будь то жизнь или его уже и так долгое царствование. Скорее всего, Иродиону не предназначалось долгое время оставаться дворцом. Вероятно, он задумывался монументальной гробницей, похожей на тумулусы (некрополь в виде кургана), что создавались для царствующих династий по всему Эгейскому региону.


Иосиф Флавий (еврейский историк) описывает нереальной красоты лестничные марши со ступенями из белого камня, которые, очевидно, должны были служить главным входом в Иродион. Однако, согласно последним находкам археологов, лестница не была достроена. В какой-то момент пологий путь ступеней резко уходил вверх, под таким углом, что подниматься пешком было невозможно — только карабкаться. Это не похоже на лестницу в привычном нам виде, скорее церемониальный марш, уходящий в небо.
Попасть на территорию Иродиона можно уже сейчас — национальный парк находится в 15 км к югу от Иерусалима. Через год-полтора лестницу и коридор планируют открыть для туристов. А до этого участники Herodium Expedition будут готовить место для общественного посещения и проводить экскурсии для израильских гидов.

СТАРЫЙ ГОРОД ИЕРУСАЛИМА

Чтобы беспрепятственно водить экскурсии по Старому городу Иерусалима, нужно хорошо знать чуть ли не всю мировую историю — столько событий берут свое начало именно здесь.

Туристы бурным потоком спешат в два места Старого города — в Храм Гроба Господня и к Стене Плача. С первым все более-менее понятно: Храм Гроба Господня считается главной христианской святыней, в том числе и в православной традиции.
По преданию, императрица Елена, мать императора Константина, повелела начать раскопки на Святой земле в 326 году, в ходе которых в полузасыпанном рву были обнаружены фрагменты нескольких деревянных крестов. Императрица объявила, что один из них и есть тот самый, на котором был распят Иисус.
Via Dolorosa в Старом городе (русск. — «Путь Скорби») — путь, который, согласно библейской традиции, преодолел Иисус с деревянным крестом на плечах. Он начинается с места, где Иисус якобы был приговорен к казни, и заканчивается местом распятия, захоронения и воскрешения. Православные паломники проходят путь от начала до конца, а католики делят его на 14 «станций»: среди них место суда над Иисусом; место, где Мессия взваливает на плечи деревянный крест; место, где он встречается с Марией, и т.д. Заканчивается крестный ход в Храме Гроба Господня. Ежегодно в Великую субботу, накануне православной Пасхи, в Храме проходит знаменитая церемония схождения Благодатного огня.

В течение всего следующего года приезжие паломники обжигают связки из 33 свечей в пламени этого огня, чтобы увезти их на родину. После такого ритуала свечи считаются освященными.
В Стену Плача приезжие из нашей страны верят как в место исполнения желаний. Ортодоксальные евреи приходят сюда молиться и читать Тору. Туристы — закладывать между древними кирпичами стены записки с просьбами здоровья, любви, счастья и благополучия. Не поверите. Сбывается (основано на личном опыте).






Очень не хочется погружаться в религию. Тем более что на эту тему отчаянно любят спорить специалисты всея интернета.
Старый город — это не только паломничество и обязательное «религиозное просвещение». Это дикая смесь культур, народов, невероятное нагромождение каменных домов и кварталов. Понять, что это, узнать о каждом строении как можно больше (а каждому из них есть о чем рассказать, поверьте) можно только здесь, на месте. Иначе вы никогда не дочитаете этот текст до конца.


Отвратительно пытаться уместить целую страну в одном материале. Тем более такую страну, как Израиль. Там в аэропорту проверяют с ног до головы (безопасность же), и там же на улицах самые открытые и приветливые люди. Им все равно, как ты выглядишь и чем занимаешься, — они ходят в театр в джинсах и с легкостью соглашаются фотографироваться (все, кроме ортодоксальных евреев, которые если и соглашаются, то вовсе не «с легкостью»). Они бойко разговаривают на сложном иврите, но очень просто переходят на английский или русский, если понимают, что тебе тяжело.




После первого, второго и третьего визита часто хочется топнуть ногой, сказать: «Не хочу ничего решать, хочу в Израиль!» Сию секунду собрать летнюю одежду и пару кофт с длинным рукавом и больше никогда не возвращаться.

Источник