Знание - Сила!

“Как-то меня решил проверить И.О. штурмана эскадрильи Виктор Степанов. Полетели мы в Уфу. Отдельные грозы успешно обошли и без особых приключений уже сели. Взлетаем, а там очень хитрый отказ локатора происходит, а грозы нас уже ждут. В руководстве по лётной эксплуатации, такого отказа вообще нет, но когда я ещё в Ульяновске учился, запомнил, что наша Берта Николаевна об этом говорила и, следуя полученным знаниям, я тот отказ устранил, и грозы мы успешно обошли. Такое у меня случилось на 16 году полётов на Ту-134 первый раз и я был уверен в передаче этого опыта, но этого не произошло.“ –так я в Книге писал.

Вот за этот случай нужно было награждать и в учебники писать, как Берта Николаевна позже сказала. Так как это было не исполнено, то под впечатлением я даже написал рассказ

Wissen ist Macht! Знание- Сила!

Когда я был маленьким, то часто болел. Это были болезни простудного характера.
Папа и мама напряжённо работали. Папа испытывал подводные лодки, а мама учила детей английскому языку и на переменах прибегала проведать меня и заодно засунуть в меня какую-нибудь пилюлю. Ко мне приходила и моя бабуля, поэтому говорить о том, что я был заброшен нельзя. Если, конечно, никто не мог навестить меня, то приходила соседка нашей огромной коммунальной квартиры тётя Вера. У тёти Веры не было правой руки,
Но с ней было здорово. Как-то я спросил тётю Веру куда она дела свою правую руку? На что она сказала, что меняла пробки и её дёрнуло током. Именно с тех пор я и начал боятся электричества.
Я уже закончил школу, и отучился в Академии, знал неплохо электричество, но страх посеянный ещё в детстве прочно сидел в башке. Это было плохо, потому, что электро- системой управлял штурман.
В 83 году меня отправили в Ульяновск переучиваться на Ту-134. А на этом лайнере вся электрическая система и управлялась штурманом. Я ещё кроме переучивания познакомился со своей будущей женой, которую даже потом прозвал Miss Ту-134.
5 июня я проводил её до дома и поехал спать в нашу гостиницу. Нужно было ехать на автобусе через мост длиной 98 копеек на такси, в ценах того времени. Я возвращался около одиннадцати часов вечера, когда теплоход Александр Суворов, протаранил мост, из-за ошибки капитана. В этот момент по мосту шёл поезд, гружёный лесом. От удара поезд сошёл с рельс, некоторые вагоны сошли с рельс, а стволы деревьев вмиг заблокировали проезжую часть. Уже через пару часов мост начал функционировать и я добрался до нашей гостиницы-общаги, когда ночь уже заканчивалась. Я плюхнулся в кровать и благополучно проспал. Первой парой было радионавигационное оборудование Ту-134А. Преподавала нам его Берта Николаевна, женщина строгая и очень принципиальная. А я опоздал. Я открыл дверь, и Берта Николаевна начала меня отчитывать, как нашкодившего ученика.
- Вы, что не знаете, что произошло?
-а что произошло?
-как, Вы не знаете?
Кстати, трагедия, унесшая жизни около двух сотен людей была неизвестна даже в самом Ульяновске! Событие не освещалось прессой вообще!
А сейчас…сколько газет, столько и различных видов информации…
Именно тогда Берта Николаевна и сообщила, то что спасло нас возможно, позже…
“Как-то меня решил проверить И.О. штурмана эскадрильи Виктор Степанов. Полетели мы в Уфу. Отдельные грозы успешно обошли и без особых приключений уже сели. Взлетаем, а там очень хитрый отказ локатора происходит, а грозы нас уже ждут. В руководстве по лётной эксплуатации, такого отказа вообще нет, но когда я ещё в Ульяновске учился, запомнил, что наша Берта Николаевна об этом говорила и, следуя полученным знаниям, я тот отказ устранил, и грозы мы успешно обошли. Такое у меня случилось на 15 или 16 году полётов на Ту-134 первый раз и я был уверен в передаче этого опыта, но этого не произошло.” 

На самом деле мы заходили, как в горном ущелье. Страшные, сизые грозовые очаги стояли справа и слева, извергая молнии почти каждую минуту. Мы сели и разразился ливень и грозы сошлись, закрыв тот коридор, по которому мы только что дошли до аэродрома. Порт закрылся.
Правда через час, он открылся, и мы пошли на взлёт почти по расписанию.
На исполнительном старте (т.е . на полосе, перед разбегом) я взглянул в локатор.
Не было гроз, обойти которых было нельзя. Через 35 секунд мы были уже в небе.

 И в тот момент происходит тот самый отказ локатора. Перегорел один из предохранителей и локатор мог показывать картинку только далеко, за 200 километров. А нам нужно было знать то, что под носом творилось, тем более, что мы вошли в облачность. Иными словами, это как Невский проспект с закрытыми глазами переходить.

Мы шли в наборе. Благодаря знаниям, полученным у Берты Николаевны 5 июня 1983 года я знал предохранитель, что следует поменять. Я его менял, даже не отключив питания. Там где те предохранители были, было темно, поэтому я просто считал номера предохранителей. Не промахнулся! Время не только деньги!
И вот отлетав четверть века, мне удалось найти Берту Николаевну . Она в дипломе об окончании Школы Высшей Лётной подготовки по радиоэлектронному оборудованию Ту-134 поставила мне Хор.

Может те знания спасли нам жизнь. Кто знает?

Чуть позже, та девушка, что жила через мост длинной 98 коп. , через несколько дней уехала по тур. путёвке в ГДР и привезла календарик.На нём был изображён маленький мальчик, стоящий у ног молодой женщины и смотрящий вверх. А совсем внизу надпись Wissen ist Macht!

А Мисс Ту-134,что жила через мост длинной 98 коп, стала моей женой.

В командировке

Надо было выполнять рейсы из Мурманска в Москву, Шереметьево. Причём двумя экипажами. Когда первый экипаж летит, другой отдыхает, а когда другой летит, первый отдыхает. Всего по два рейса в день. Лететь до Москвы два часа. То есть, между парами рейсов около 6 часов.
Вообще, я командировки не очень любил, Какой бывает погода на Севере я уж писал …

В Мурманске полоса всегда скользкая, поэтому посадочный вес (масса) всегда ограничен.
Утром летим в Москву. Погода просто дрянь, но мы сели. А вот в Мурманске погода была совсем плохой, нелётной и мы ушли на запасной, в Питер. Время было уже поздним, и мы немного поспали в профилактории. Но вот погода появилась и мы снова в воздухе.
С задержкой вылетел другой экипаж, а мы пошли отдыхать. Спать уже не хотелось, лететь нам вечером.
Полетели. В Москве погода совсем стала плохой. В тот день, 10 марта 2000 года, обледенев на взлёте упал Як-40, на борту которого находился известный всем Боровик младший-Артём и мы уже на взлёте долго стояли на предварительном старте, наверное, около целого часа. Нас там обливали противообледенительной жидкостью, и как обычно хотелось спать. Наконец, мы взлетели.
Сели нормально. Циклон уже на Питер обрушился, но зато в Москве на следующий день был мороз и солнце.
Выполнили мы всё задание и на следующий день вернулись домой.